Капитан ТС (vbulahtin) wrote,
Капитан ТС
vbulahtin

Categories:

О новом не слишком прекрасном мире, или "Отродясь не было и вот опять"

раздел "Литература" с благодарностью пополню этой заметкой
взят у partizan_1812 в О новом не слишком прекрасном мире, или "Отродясь не было и вот опять"
Не так давно в заметке о том, как напрягает меня широкое и давно уже узаконенное употребление термина "пост-апокалиптический", я мимоходом упомянул книгу Уолтера Миллера "Страсти по Лейбовицу" (A Canticle for Leibowitz) во-первых, оттого, что она является одним из классических "пост-апокалиптических" романов. Во-вторых, в моей записи речь шла о неправомерности использования термина "пост-постапокалиптический" в его исходном, церковном смысле для обозначения эпохи, следующей за глобальной катастрофой, а действие этого романа как раз имеет прямое отношение к церкви, хотя бы потому, что происходит в основном в католическом монастыре.

В следующей записи этого ЖЖ речь шла о возможности заката науки как социального явления. К этой теме "Страсти по Лейбовицу" тоже имеет самое прямое отношение. Более того, одной из важных тем в романе становится и вопрос эвтаназии, в т.ч. эвтаназии детской, о которой речь шла в одной из недавних записей. Под действием состоявшихся дискуссий я решил перечитать эту книгу. Когда я ее читал в первый раз, она мне весьма понравилась, хотя и показалась странной, что было совершенно неудивительно, потому что в те времена я все еще страдал детской болезнью левизны тем заболеванием, которое автор вычеркнутого термина называл "стихийным материализмом естествоиспытателей". По этой причине я подумал, что было бы интересно понять, какое впечатление роман Уолтера Миллера произведет на меня сегодня. В подобных случаях существует немалый риск того, что знакомая книга не сможет поддержать читательский интерес. К счастью, оказалось, что я читал ее слишком давно.

Обычно я не напрягаю френдов описанием своих впечатлений о книгах, но для этой сделаю исключение. Если вы ее уже читали, то смело игнорируйте текст под катом. Если вы романа не читали и под катом читать не хотите, то содержание этой записи в трех словах такое "читайте, не пожалеете".



Действие романа растянуто на 12 столетий, а если взять события двадцатого(?) века, от которых отталкивается все происходящее в нем, то и на целых восемнадцать. Однако не бойтесь, это не семейный роман, в котором перед нами неспешно проходит жизнь девяноста поколений семьи Фиц-Маршаллов, и не роман-эпопея, описывающий твердую поступь прогресса, неуклонно ведущего от эры арифмометра "Феликс" к эпохе Великого Кольца. Роман состоит из трех частей, каждая из которых описывают события отстоящие от событий прошлой части на шестьсот лет. При этом первая часть отстоит на шестьсот лет от нашего времени.

Это обложка первого издания. Единственная из мной виденных, выдержанная в светлых тонах. Казалось бы - все тут, как положено: и руины, и монах, и кружащиеся над человеками стервятники. И все же чувствуется некий оптимизм перед лицом кажущегося торжества мiра и Князя его.
A_Canticle_for_Leibowitz_cover_1st_ed


Давным-давно(ТМ), кажется в конце 20 века, случилась ядерная война, впоследствии получившая название Огненного Потопа. Цивилизация не была полностью уничтожена в ядерном конфликте, но вслед за ним начался стихийный насильственный протест уцелевших людей против того, что привело к войне. По мнению новоявленных луддитов причиной войны было развитие науки и техники, позволившее создать оружие невиданной ранее силы. (Хотя и однобокое, это мнение нельзя счесть совершенно неверным.) Люди бросились уничтожать все, что содержало опасные знания: университеты, лаборатории, библиотеки вместе со всеми кто там работал. Волна погромов медленно и основательно прокатилась по Земле, после чего все указанное выше было потеряно. Более того, выжившие потеряли всякий интерес к утраченному, обустраивая свою новую, некнижную жизнь на буколическом пепелище, завершая тем эпоху, названную Упрощением.

Строго говоря, потеряно было не все. Ведь об этих событиях житель мира "Страстей по Лейбовицу", а заодно и читатель романа может узнать только через сохраненную немногими память о временах, предшествовавших Огненному Потоку. Эти немногие – католики. Среди них первыми идут братья альбертинского ордена, основанного бывшим научным сотрудником одного из учреждений военно-промышленного комплекса Исааком Эдвардом Лейбовицем. После войны, в которой погибла его жена, Лейбовиц крестился и убедил власти Нового Рима, находящегося приблизительно на территории бывшего штата Колорадо, учредить монашеский орден, главной задачей которого является сохранение памяти о мире до Огненного Потопа. Братия нового ордена отправляется на поиски книг и других артефактов довоенной эпохи, сохранением которых в будущем, о котором мы читаем в первой части, занимаются их последователи. В одной из таких экспедиций основатель ордена принимает мученическую смерть от толпы «упростителей».

В первой части все происходящие события вращаются вокруг вопроса о возможной канонизации Лейбовица, уже причисленного к тому времени к лику блаженных. Независимо от результата происходящих церковно-политических маневров, мы можем наблюдать мир через шесть веков после войны, соответствующий приблизительно раннему средневековью того цикла истории, который привел человечество к Огненному Потопу. У братии и настоятеля альбертинского монастыря, построенного в аризонской пустыне из остатков допотопных зданий так, чтобы защитить бесценные сокровища от любого нападения, много насущных проблем. Но самой важной проблемой является отсутствие у людей, живущих за монастырскими стенами, интереса к тому, что так заботливо сохраняют для них монахи. Основатели ордена ждали пробуждения у людей интереса к прошлому, но в мире первой части книги эта память интересует только ее хранителей.

Во второй части мы застаем мир «Страстей» в состоянии приблизительно соответствующему эпохе Просвещения. К содержанию архивов появляется интерес, но интерес своеобразный. Сюжетным стержнем этой части является визит талантливого и знаменитого ученого в монастырь для ознакомления с архивами. У Церкви больше нет монополии на знание; ученый этот секулярный. Поэтому вначале его более всего интересует аутентичность материалов, в которой он сильно сомневается, но постепенно убеждается.

На этой и многих других обложках - натуральные страсти-мордасти. Кругом клерикалы или символизирующие их фигуры сплошь в чОрном. Можно подумать, это они губят мир своим клерикализмом.
A_Canticle_For_Lebowitz


Читая рассказ об этих событиях, мы наблюдаем как автор обыгрывает вопрос о точности передачи исторических фактов монахами летописцами. У них в архивах есть оригиналы книг, их переписанные копии, различные артефакты (вроде электрических схем и наборов электронных деталей) и записанные рассказы о событиях, предшествующих Огненному Потопу. Рассказ о том, как случился Потоп написан в стиле повествования о князьях и мудрецах, выковывающим для них оружие невиданной доселе силы, но он достаточно точно передает то, что случилось. Так или иначе, отныне и секулярный мир узнает о том, что до катастрофы на Земле существовала развитая цивилизация.

Несмотря на признание гостем колоссальной ценности орденской библиотеки и несмотря на некий ожидавший его в монастыре сюрприз технологического характера, придворный ученый отказывает церкви в праве на научный поиск, считая его исключительно секулярным предприятием. Он весьма порядочный человек и доказывает это делом, но его визит убеждает нас, что наука, с неизбежностью возникающая и в послевоенном мире, необратимо расходится с верой.

Вообще, история мира «Страстей» неуклонно ложится на тот же курс, что и история мира, знакомого нам. Князья возникших на территории Америки государств жестоко борются друг с другом, не останавливаясь ни перед какими преступлениями. Когда на пути князей становится «церковники», они не менее жестоко расправляются с теми из них, до кого могут дотянуться. Происходящее в полной мере напоминает нам произошедший в нашей истории Ренессанс.

Тут можно подумать, что невежественный монах жжет книги. А может быть это чернокнижник, и он колдует.
a-canticle-for-leibowitz


В третьей части мы переносимся в, скажем так, 22 век. На календаре - Полдень послепотопного мира. Нет, в нем не царит общественная гармония и комсомольцы будущего не занимаются свободным поиском обитаемых планет. Но помня о прошлом, государства заключили договор о запрещении ядерного оружия и создали международные органы для разрешения конфликтов. Мир пересекли многорядные шоссе, по которым носятся автомашины, управляемые компьютерами. Решена проблема автоматического перевода. Космические корабли бороздят просторы Солнечной системы и даже ближайших к ней звездных систем. Одна беда – корабли эти пользуются ядерной тягой и никаких ограничений на расщепляющиеся материалы в космосе не существует. Люди знают, что случилось с их цивилизацией пару тысячелетий назад, но «Титаник» человечества несется вперед, не обращая внимания на айсберги. Наука в новом мире отнюдь не закончилась, но не закончилась и тяга к коллективному самоубийству.

Мы застаем этот мир на ранней стадии надвигающегося ядерного конфликта. В этой обстановке происходит еще одно столкновение насельников изрядно разросшегося монастыря с секуляризмом. На территории монастыря разворачивается пункт медицинской сортировки пострадавших при ограниченном применении ядерного оружия, и его начальник – врач-гуманист, который не знает большего зла для человека, нежели боль – собирается рекомендовать безнадежным больным эвтаназию (разумеется, он хочет так делать из сильной любви к людям, поскольку служебная инструкция не требует этого), о чем и заходит спор между ним и настоятелем.

Так выглядит обложка издания, которое стоит у меня на полке. Интересное решение - показать внешнее сходство храмов со шпилями и ракет. И все одно - непонятная мрачность. При этом заметим, что многие из тех, кто обсуждает эти иллюстрации (начитался, когда собирал эти обложки для заметки), сетуют, что обложка первого издания совершенно не отражает содержания.
canticle_front


А в это время неподалеку от монастыря уже развернут полевой пункт эвтаназии, оборудованный передвижным крематорием и украшенный статуей, визуально сходной с фигурой Христа, но такого Христа, у которого отобрано все божественное и все истинное. Статуей некоего иисусика с надписью “покой” на постаменте. В борьбе земной церкви и цезаря, происходящей в этом мире, цезарь торжествует. Но торжество его временное, так же как и мир этот временный. При всем видимом поражении братьев-альбертинцев в конце этого цикла земной истории, роман заканчивается довольно оптимистично, но я не выдам вам содержания.

В общем и целом, книга полностью заслуживает включения в разные топ-списки научной фантастики. Сюжетная канва умело свита. Приключения вполне захватывающие. Даже литература весьма хороша; книга очень поэтична при всем ее фантастическом и приключенческом характере. Она написано очень умно - центральные мотивы противоречий Церкви и мiра очень кратко, но точно и глубоко очерчены. Персонажи, связанные с аббатством на протяжении его почти двухтысячелетней истории, совсем разные – простаки и книгочеи, любители рутины и изобретатели, но все они живые и все они христиане не напоказ, а на деле. «Страсти по Лейбовицу» это единственные известный мне пример христианской фантастики. *, **

Занимательно, но тоже не отражает. Вижу книгочея в странной одежде, а не монаха. Мне кажется, что обложка первого издания раздражает недовольных тем, что она слишком проста, по-детски иллюстративна и не пытается "вызвать настроение".
canticleartbig


Книга необычна еще и тем, что является единственным опубликованным романом Уолтера М. Миллера-младшего. Он опубликовал много рассказов, но лишь один-единственный роман, несмотря на то, что роман этот получил высшую литературную премию американских фантастов и выдержал 40 переизданий. Я очень мало знаю про автора, кроме того, что он был католиком и ветераном Второй Мировой войны, во время которой летал бомбить монастырь на горе Монте-Кассино в Италии от чего он страдал всю последующую жизнь. После "Страстей" Миллер уже ничего не опубликовал, жил очень уединенно и покончил жизнь самоубийством.

Для меня оказалось очень неожиданным то, что Миллер написал второй роман о мире "Страстей по Лейбовицу", который поручил завершить своему другу Терри Биссону (мне он совершенно не знаком, но считается весьма известным писателем-фантастом). Это и было сделано уже после смерти автора; этот роман, "Святой Лейбовиц и Дикая Всадница" (Saint Leibowitz and the Wild Horse Woman), был опубликован в 1997 году. Биссон утверждает, что к тому времени, как он за него взялся, роман был уже тщательно отредактирован, и ему практически ничего не пришлось дописывать. Судя по всему, роман этот один из тех, что дополняют и детализируют мир, описанный в исходном произведении. Я не большой любитель таких дополнений, особенно учитывая полную завершенность исходной книги, если ее концовку вообще можно считать завершением.



* Не фэнтези, а именно каноничной научной фантастики.
** Допускаю, что существуют и другие, но я их не знаю.

Tags: Литература
Subscribe

promo vbulahtin october 31, 2013 17:34 42
Buy for 20 tokens
Еще раз хвастаюсь статьёй в газете "Завтра" в честь 170-летнего юбилея со дня рождения незаслуженно забытого Г.И.Успенского (под катом привожу авторский вариант - почти все фото плохого качества, но их не было в Интернете до моих заметок про Успенского в этом блоге). В основном, всё уже…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments