Капитан ТС (vbulahtin) wrote,
Капитан ТС
vbulahtin

Category:

Любимые тиражируемые истории

У многих из нас есть любимые истории -- мы оттачиваем подробности и способы подачи, многократно рассказывая эти истории в разных компаниях.

Особенно тяжело людям, вещающим свои истории на широкий круг самых разных слушателей.

Например, я уже лет восемь слушаю на радио С.Доренко -- некоторые свои истории он пересказывал уже раз десять.

Но иногда повторяются и его слушатели))

Особенно забавно, когда и ведущий, и слушатель повторяет коронный рассказ, и оба делают вид, что слушают-рассказывают его впервые.

Постоянный слушателей С.Доренко -- "Владимир из Дубая" год назад рассказывал историю про уничтожение продуктов в Эмиратах.
http://vbulahtin.livejournal.com/831541.html

И вот в эфире 03.08.2015 эта история повторяется

С. ДОРЕНКО: Но теперь-то по всей России это пойдет. То есть, будут врываться какие-то люди в магазины, на склады, понимаешь? Какие-то маски… Но я надеюсь, что…

Э. ХАСАНШИНА: Искать какие-то баночки спрятанные.

С. ДОРЕНКО: Я надеюсь, что эти люди не пренебрегут спектакулярностью, чтобы это было красиво, сценичностью какой-то. Ну что, вам жалко, ребят, тем, кто будет искать санкционные продукты, обязательно нужно маски надеть какие-то, автоматы всегда производят благоприятное впечатление на покупателей. Мне бы хотелось, чтобы люди с автоматами ворвались, а? И требовали, знаешь, что? Вот лежит повсюду хамон… Он лежит повсюду, во всех магазинах, где я бываю – там и прошутто, и хамон. Но я думаю, что его привезли 1000 лет назад. Это же можно… Тогда же можно графологические экспертизы, число там какое-то стоит… Они пишут, в 2008 году, например, хамон…

Э. ХАСАНШИНА: Например. Ага.

С. ДОРЕНКО: А надо доказать, что восьмерочка, она – из пятерочки сделана – 2015, а потом восьмерочкой зарисовали так, толстенько, шариковой ручкой. То есть, нужны какие-то серьезные экспертные оценки и т.д. Мне бы хотелось, чтобы все это было как-то красочно, потому что в нашей жизни так мало красок, и тут бы хорошо добавить. Алло, здравствуйте, Владимир.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, здравствуйте.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, помните, была такая история в советское время…

С. ДОРЕНКО: Конечно, при Андропове…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В Москве построили новое посольство, и в него отказались заселяться, потому что оно было нашпиговано шпионской аппаратурой.

С. ДОРЕНКО: Каждый кирпич содержал… Это было величайшее изобретение человечества. Каждый кирпич содержал что-то.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Поскольку они стройматериалы завозили из штатов, то выяснилось, что закладки делались еще в штатах агентурой на заводах по производству бетонных блоков и кирпичей. И я предлагаю, с точки зрения решения санкционной проблемы с уничтожением, поехать дальше – уничтожать прямо там. Подготовить людей и отправлять в Италию, во Францию и уничтожать прямо там. Зачем мелочиться?

С. ДОРЕНКО: Сейчас Вы скажете, путем съедения. Это не хорошо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, зачем съедения. Продукт вражеский? Вражеский. Чтобы не тратиться на транспортные расходы. Люди найдутся для этого дела.

С. ДОРЕНКО: Отравят. Владимир, отравят прямо там.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Прямо там, совершенно верно…

С. ДОРЕНКО: А Вы не пытались представить себе.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хочу рассказать историю…

С. ДОРЕНКО: Хочу историю! Расскажите историю, а потом дайте мне… Хорошо, прошу Вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конец 90-х годов. Пустыня под Абу-Даби. Еду на машине по пустыни, вдруг открывается оазис – такие, искусственно орошаемые поля, на которых местные арабы выращивают сельхоз продукцию. Как ни странно, да? Наблюдаю картину: с правой стороны дороги – весовая, которая взвешивает машины с продукцией, и к ней очередь, примерно километра 2 из машин, забитых капустой, помидорами, огурцами и прочей продукцией. Что происходит дальше? Они взвешиваются, переезжают через дорогу на левую сторону, а на левой стороне – 2 огромных катерпиллера, которым все это вываливается под гусеницы, и все это уничтожается прямо здесь.

С. ДОРЕНКО: Какая прелесть! Мне все-таки не чужда стихия разрушения. Мне хотелось бы там побывать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И у меня где-то даже сохранилось видео. Я заснял, не удержался. Феерическая картина.

С. ДОРЕНКО: А почему это делалось?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Президент страны, чтобы поддерживать население страны в рабочем состоянии, а не в разгильдяйском, давал каждому кусок земли и большой кредит, беспроцентный и безвозвратный на сельское хозяйство, чтобы они были заняты. Но, поскольку себестоимость этой продукции была дикой, и ее было невыгодно поставлять, потому что все окрестные страны снабжали Эмираты, поэтому все это тут же уничтожалось, чтобы оно не засоряло…

С. ДОРЕНКО: То есть, люди работали, производили урожай, который немедленно уничтожался.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Совершенно верно.

С. ДОРЕНКО: И все были при работе, и ребенок 1 сентября шел в школу счастливый и довольный у фермера, правильно?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно так. И круглый год продукты свежее в магазинах.

С. ДОРЕНКО: Мне кажется, Украина перейдет к этому безотходному производству, и все сразу будет уничтожать. А теперь послушайте мою версию. Если представить человека в виде трубки. Вы видели дождевых червей?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Наблюдал.

С. ДОРЕНКО: Да. Вы можете представить себе, что человек – это, в принципе, трубка, начинающаяся во рту и кончающаяся анусом, на которую навешаны еще всякие там селезенки, печенки, панкра и т.д.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Те вещи, которые по ходу жизни отсекают хирурги.

С. ДОРЕНКО: Да, панкра, то есть, поджелудочная железа, легкие… То есть, представляете себе длиннющую трубку – она начинается ртом и заканчивается анусом, и у этой трубки по бокам болтаются, вроде маленьких дамских сумочек, легкие, еще что-то и еще что-то. И вот этот червь должен постоянно что-то глотать и, соответственно, выкакивать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тут самое главное – не перепутать направления.

С. ДОРЕНКО: Ха-ха! Да, я вот думаю, что если нас представить в виде таких червей, то, может быть, мы были бы червями – уничтожителями.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но мы таковыми и являемся. Мы перерабатываем и потом снова пожираем, а потом снова перерабатываем.

С. ДОРЕНКО: Я съел сегодня сутра 3 яблочка. Мне интересно, где они в этом черве сейчас. Спасибо Вам…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Надо было пометить…

С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха! Спасибо большое. Человек, которого можно вытянуть в трубочку, и считать все остальное, в принципе, защитой. Правильно я говорю?

Э. ХАСАНШИНА: Ну почему тогда нельзя поеданием уничтожать санкционные продукты?

С. ДОРЕНКО: Я вот об этом и толкую. Если каждый из нас червь – от рта до ануса…

Э. ХАСАНШИНА: Ради Родины стараться…

С. ДОРЕНКО: Можно себе это представить. Можно нарисовать человека в виде червя. Все остальное считать обслуживающими органами. Они обслуживают, в сущности, червя. Правильно? Тогда этих червей можно поставить, я не знаю, 20 тысяч червей, и в рот им толкать, из ануса забирать, подметать как-то специально, и все, будет очень хороший уничтожительный завод. Правительство утвердило правила уничтожения… Вот же правила! Давай прочитаем. Уничтожение обнаруженных продуктов должно происходить сразу после изъятия, отмечаетcя в документе. Фиксировать необходимо на фото и видео. Двух незаинтересованных лиц будут находить. А что, все заинтересованные лица. Хотя бы двух бы найти. Искать будут всюду, по всей России. Любым способом… Внимание! Уничтожение любым способом! При этом, ликвидация изъятых продуктов будет производиться в независимости от того, установлено или нет, кому они принадлежат, кто организовал их провоз. Найден продукт – подлежит уничтожению. Поиски начнутся сразу по всей территории страны, а не только на границе. Сотрудники таможни, фито-санитарного контроля, Роспотребнадзора должны обнаруживать продукцию на территории, например, распределительных центров, розничных сетей, то есть, магазинов, всюду они будут искать, но по домам ходить не будут. А надо бы.

Э. ХАСАНШИНА: Ну как? Зачем? Я вот привезу себе какой-нибудь колбаски, сырочка…

С. ДОРЕНКО: Я хочу спектакулярности. Я хочу настоящей спектакулярности. Потому что, пойми, это вызовет чувство элитарности. Соседи…

Э. ХАСАНШИНА: Я предлагаю такой вариант: поставить в шеренгу, например, нуждающихся, тех, кто захочет, добровольцев на границе, возле магазина, давайте…

С. ДОРЕНКО: Мы же уже червей поставили. Теперь слушай. Мы пришли к тому, что ее ловят. И я предлагаю ходить по квартирам. Почему? Потому что надо, на самом деле, ловить у ротового отверстия. Условно говоря, мне поставлена задача уничтожить. Я говорю: «Разрешите приступить?» Я должен ловить начало производства, но там есть сознательные люди, они иностранцы. Там я не поймаю. Владимир из Дубай совершенно несправедливо считает, что… Не поймаю. Я могу поймать через границу. Но у нас протяженность границ гигантская. Еще у нас есть Казахстан, Белоруссия и Армения, которые, как мы думаем, единое государство, единое пространство и все. Там мы вообще не в состоянии ничего контролировать. Значит, все это будет непрерывно, в огромных количествах просачиваться. Единственный человек, которого я могу брать за жабры… Я могу пойти в ретэйл – в Пятерочку и т.д. В Перекресток, куда еще?
Э. ХАСАНШИНА: Дикси…
С. ДОРЕНКО: В Викторию, Магнолию, Магнит. Но в ретэйле, к сожалению, я столкнусь с опытными людьми, которые привержены, согласно Марксу, прибыли. То есть, они мать родную продадут за прибыль. Мы знаем об этом от Маркса. Значит, в ретэйл я бы тоже не ходил. Я бы пошел к простым гражданам, потому что они: а) патриотичны; б) они уязвимы, то есть, я могу их бить безнаказанно, сколько хочу. И я ловил бы перед самым ртом.

Э. ХАСАНШИНА: А как бы Вы нашли их? По запаху?

С. ДОРЕНКО: Нет, мы делали бы рейды. Для осуществления настоящего террора достаточно казнить пять процентов, и остальные все лягут от страха. Понимаешь? Сколько у тебя в подъезде квартир?

Э. ХАСАНШИНА: Ну ладно, в общаге ловили – ловили, и все равно же…

С. ДОРЕНКО: Что все равно же?

Э. ХАСАНШИНА: Все равно из подполы все праздновали и дни рождения, и всякие другие праздники…

С. ДОРЕНКО: Существует пороговое значение, после которого люди начинают бояться. Например, возьмем десятиквартирный дом, чтобы нам было удобно.

Э. ХАСАНШИНА: Хорошо.

С. ДОРЕНКО: Такой, десятиэтажный, и по 4 квартиры на этаже. Хотя на самом деле, девятиэтажный или двенадцатиэтажный. 12 на 4 я тоже умею умножать. Будет 48. После того как в каждом подъезде будет кто-то казнен, посажен и у него на паркете будет сожжен его поганый хамон, нам нужно в каждом подъезде поймать сколько человек? Одного или двух? Я спрашиваю. Одного или двух я должен буду терроризировать? Вот ты живешь в подъезде. Ты говоришь: «А вы знаете, у нас на 4 этаже сожгли квартиру вместе с хамоном». Как ты считаешь?

Э. ХАСАНШИНА: Мне бы и одного хватило.

С. ДОРЕНКО: Значит, Эльвиру можно терроризировать одним сожженным человеком с квартирой. Я тоже так считаю. Два было бы немножко перебором. Значит, мне надо на 48 квартир… Чуть-чуть округлим и получим 2%. То есть, надо терроризировать 2% населения. Может быть, чуть больше. 2% – 3%. Не везде пятиэтажные дома. Всюду есть и пятиэтажки, а нам надо, чтобы все равно один на подъезд был терроризирован.

Э. ХАСАНШИНА: И чтобы он еще сидел там на коврике и плакал.

С. ДОРЕНКО: Абсолютно верно. От 2% до 5%. На самом деле, чтобы найти санкционные продукты у 2% – 5% населения, надо ворваться примерно в 20% квартир. Чтобы ворваться в 20% квартир, значит, в каждом подъезде нужно ворваться в 9 квартир, правильно? Можно вообще подъезд на подъезд натравить. Мы ворвемся в соседний подъезд, а они ворвутся к нам. Дело же понятное. Все более или менее понятно. Мы понимаем, кто что паркует, какую машину паркует человек. Мы видим фифу на миникупере. Она становится как раз на пожарной зебре перед подъездом. Мы эту фифу видим, мы ее ненавидели давно. Она плохо паркуется. Ну и потом, это фифа, и ясно, что насосала, короче. Ну и все. Мы ее ненавидим. Давайте к ней ворвемся! В каждом подъезде мы кого-то такого знаем. Мы знаем деда – партизана, который в ушанке ходит. Можно реально у него спросить, и он составит список мгновенно.

С. ДОРЕНКО: Консьержка список составит.

С. ДОРЕНКО: Я не шучу. Мне кажется, хождение по квартирам добавило бы красок. А главное, сплотило бы людей перед лицом угрозы. Оно дало бы какое-то чувство внутренней дисциплины, дало бы чувство общинности, чувство единства какого-то, правильно драйва нации. Алло, здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро.

С. ДОРЕНКО: Том, прошу Вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотел немножко развить Вашу мысль по поводу червей.

С. ДОРЕНКО: Давайте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не знаю, уместно это или нет.

С. ДОРЕНКО: Ну, может быть, если не совсем уж зоологично. Лучше научно. Прошу Вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я увидел прямо живой пример тому, как все это происходит. Если, например, некоторые люди слишком часто и интенсивно гадят на свою Родину, они делают это с помощью рта. Тогда наблюдается тот самый эффект.
С. ДОРЕНКО: Орально-вербально, я бы сказал, да. Вербально.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нужно после этого срочно обратить максимальное внимание на анус, как бы чего не вошло, согласно законам всемирного тяготения.

С. ДОРЕНКО: Обратите внимание, в добавок, и на программу. Я говорю, что надо врываться в квартиры.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: О! Судя по тому, что у нас происходит с парковками, со всем остальным, скоро мы все это увидим.

С. ДОРЕНКО: Надо врываться в квартиры, потому что это по-настоящему сплотит нацию. Это даст нам какой-то драйв, какое-то чувство справедливого…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А Вы думаете, сплотит? Сергей, ну подождите…

С. ДОРЕНКО: 100%. Мы будем шипеть в унисон, ну что вы! Мы будем клокотать в унисон. Это будет прекрасно! Мы будем вибрировать в унисон.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А сделаем что-нибудь?

С. ДОРЕНКО: Ворвемся в квартиры… Этого будет достаточно. Это по-настоящему нас сплотит.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: После того, как нация зашипит, она что-нибудь делать-то будет? Вот как-то парковки у нас расширяются, центр на Пражской находится неожиданно и т.д. А все молчат и терпят.

С. ДОРЕНКО: А зачем? Кстати, когда у нас будет Лексутов, в среду, я анонсирую, в 10.00 будет Максим Лексутов, который отвечает за транспорт в столице. Спасибо Тому. «Опрос показал, что финны меньше всего желают видеть рядом со своими домами мечети и пункты по приему шприцев наркоманов», – говорит Кэп. Спасибо, Кэп. Тем не менее, врываться в квартиры, я думаю, имело бы какое-то мобилзующее… Это могло бы стать неким прообразом опричнины. Это могло бы стать прообразом гениального прозрения Владимира Сорокина, «День опричника». То есть, они врывались в квартиры… И можно было бы, например, убивать отца семейства, у которого найден хамон, и насиловать особей женского пола, как у Владимира Сорокина. Мне кажется, правильная была бы находка. 73-73-948. Алло, здравствуйте. Слушаю Вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте, Сергей. Олег. Конечно, убивать – это жестоко, но на самом деле, это идея. Можно создать народные дружины добровольные по выявлению и изъятию. То есть, дать людям возможность… Ага, нашел мясо, о-па, отнял. Как вот раньше было, при советской власти, они же имели какие-то права, вот эти, гриндэшники.

С. ДОРЕНКО: А тогда отнял и съел или отнял и воскурил во славу богов?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ха-ха! Не, ну смотрите, Сергей. Вот у меня, допустим, овчарка, собака. Вот зачем мне покупать мясо? Я лучше пойду к соседу и отниму у него.

С. ДОРЕНКО: Вам тогда нужны полномочия, какая-нибудь повязка. Мне кажется, повязка – это достаточное полномочие, чтобы осматривать пластиковые пакеты на входе в подъезд.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, вполне…

С. ДОРЕНКО: Я Вам больше скажу, Ваша овчарка с удовольствием Вам в этом поможет. Мы будем нюхать. Нужны специально обученные овчарки. У нас очень много кинологов, сидящих без дела с 30-х годов. Раньше же кинологов ставила на учет ДОСААФ, ставила на учет армия. Ты не знала?

Э. ХАСАНШИНА: Нет.

С. ДОРЕНКО: Было даже обязательство по сдаче меха. Ой, ты не знала таких вещей!

Э. ХАСАНШИНА: Как это, по сдаче меха?

С. ДОРЕНКО: Я читал старую книгу, найденную где-то на даче, в чулане. Были нормативы. Если ты заводишь, например, южнорусскую овчарку, такую лохматую, которая, на самом деле, разновидность венгерского командора. Но это никого не парит, все называют ее южно-русской овчаркой. Ее надо было стричь раз в год и сдавать сколько-то килограммов шерсти. Ха-ха! За это ты получала талоны на корма, тебе давали их на мясокомбинате, на который ты ехала на трех автобусах.

Э. ХАСАНШИНА: Там еще сидели бабушки и вязали, там, носочки, варежки…

С. ДОРЕНКО: Конечно, в армию собачьи эти самые. Обязательно! Если овчарка у тебя была, ты шерсть могла сдавать, могла не сдавать, но ты обязана была приписать ее к военкомату, на манер волги. То есть, все машины приписывались, все собаки приписывались после войны. Если у тебя была Волга, ты ее приписывала к военкомату. У тебя должны были ее изъять в начале войны, чтобы советского командира возить. Если у тебя овчарка, у тебя ее тоже должны были изъять. То есть, ты знала, что готовишь ее для Родины, и если война начнется, у тебя эту собачку забирают на фронт, где ее обвязывают гранатами, и она ныряет под немецкий танк. Бабах! Только что была здесь собака. Ага? Все!
Subscribe

promo vbulahtin october 31, 2013 17:34 42
Buy for 20 tokens
Еще раз хвастаюсь статьёй в газете "Завтра" в честь 170-летнего юбилея со дня рождения незаслуженно забытого Г.И.Успенского (под катом привожу авторский вариант - почти все фото плохого качества, но их не было в Интернете до моих заметок про Успенского в этом блоге). В основном, всё уже…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments