Капитан ТС (vbulahtin) wrote,
Капитан ТС
vbulahtin

Пелевин и Доренко объясняют, зачем нужны новые модели айфонов



В.Пелевин_«Тайные виды на гору Фудзи» :
"Многие верят, что богатые и могущественные люди получают от жизни больше наслаждения, чем простые смертные. Вера эта крайне наивна, что хорошо знает любой богатый человек. Способность получать удовольствие от физического мира ограничена нашими сенсорными каналами – кожным покровом определенной площади, парными органами зрения, слуха, обоняния – и одним-единственным языком с вкусовыми пупырышками. Можно отнести сюда же и гениталии.

У этой системы очень узкая, как говорят технари, полоса пропускания.

Даже если одновременно массировать все тело самым откровенным и бесстыдным способом, услаждать глаза прекрасными картинами, уши – божественной музыкой, а рот – разными волшебными вкусняшками, по-настоящему большим деньгам тут развернуться негде. Насыщение системы наступит быстро.
Нельзя растворить в маленькой кастрюльке с водой сколько угодно соли, даже если это зеленая соль земли. Да, за тысячу долларов можно купить больше физического удовольствия, чем за сто. За десять тысяч – чуть больше чем за тысячу. Но за сто тысяч уже не купишь больше, чем за десять.

Вернее, купить можно, но это будет уже не физическое удовольствие.
С какого-то порога все наслаждения становятся чисто ментальными.
Бедному Калигуле приходилось разводить в уксусе жемчужины и пить получившуюся гадость в окружении льстецов и клевретов.
Механизм наслаждения здесь такой: император пьет раствор миллиона сестерциев, вокруг стоят зрители, которые об этом знают, Калигула знает, что они знают, а они знают, что он знает, что они знают.
Лабиринт, что называется, отражений.

Растворить много соли в маленькой кастрюльке, как я уже сказал, нельзя. Но вот отразиться в ней может хоть пачка соли, хоть вагон, хоть целый состав. И именно с этими отражениями богатые люди и работают аж с самого бронзового века.

Мы, сегодняшние Калигулы, плаваем мельче, чем былые, но тем же самым стилем. Надо постоянно напоминать себе и другим, что пьешь вино за десять тысяч, а не за тысячу, ибо язык особой разницы не ощутит.
Мы пьем, таким образом, не вино, а растворенный в нем нарратив.

Главное, чем наше время отличается от античности, это тем, что растворимые жемчужины научились создавать и для бедноты – хотя бы в виде дорогих мобильных телефонов.
У тебя ведь есть крутой мобильник?
Тогда ты знаешь, что такое нарратив продвинутой бедности. Это, конечно, страшновато. При римлянах хозяин раба хотя бы оплачивал ошейник, а в наше время рабы недоедают, чтобы его купить.

Правда, и хозяин у нынешнего раба уже другой – это не кто-то конкретный. Это не человек и даже не злой дух. Хозяин, так сказать, распределен по ноосфере.

Искать точнее бесполезно: если разобраться, мы все в рабстве у нарративов, и у каждой социальной страты они свои. Думаю, что за этим внимательнейшим образом следят – опять-таки не в целях служения абстрактному злу, а для оптимизации торгового баланса. Чтобы продать товар, надо сначала продавить борозду в мозгах.

После этого люди получают радость уже не от «удовлетворения потребностей», как наивно верили советские теоретики, а от приближения своего образа к закачанному в них шаблону. Другими словами, главной потребностью нового человека становится совпадение его отражения с химерой.

Выходит, что мудрец с реальной властью над своим сознанием будет счастливее богача, который в состоянии управлять своим мом лишь окольными методами Калигулы. Чему и учили нас когда-то сказки народов мира… Только где в наше время такие мудрецы?

В сказках, Таня, в сказках.

Деньги – это наркотик, на который сегодня с младенчества сажают всех. Девяносто девять процентов, как ты, наверно, заметила, пребывают в ломке. Один процент вроде бы прется, но…

Ни один наркотик не приносит устойчивой радости. Он дает лишь то, что называется английским словом «high». Временную, зыбкую и неустойчивую эйфорию, смешанную с постоянно растущим страхом этой эйфории лишиться. Необходимо постоянно увеличивать дозу, и т. д., и т. п. Поэтому над бизнесом во все времена издеваются разные Толстые («много ли человеку земли нужно»), и возразить им по существу трудно.

И как же радостно было понять, Таня, что прав на самом деле не Толстой, а именно журнал «Татлер», и за большие деньги действительно можно купить очень серьезное счастье, невыразимо превышающее любую мыслимую радость обычного человека. А самое забавное, что помогли в этом не инженеры Силиконовой долины (от них мы именно этого и ждем), а ушедшие от мира побирушки в коричневых робах.

Дамиан имел полное право назвать свой стартап заносчивым словом Fuji. Те месяцы, когда саядо Ан жил на моей лодке, были поистине вершиной, пиком моего бытия. Ни один римский император, ни один восточный деспот, думаю, и близко не испытывал ничего подобного.

Джана сама по себе – невероятное наслаждение, причем не столько физическое, сколько духовное (если такое разделение еще сохраняет в этих высоких пространствах смысл). Но если подняться туда прямо с мутного дна обычной буржуазной души…

Вот это, Таня, и есть путешествие автостопом по галактике – и поверь, никакой красной «Тесле» даже за миллион лет не пересечь тех бездн, которые я без особого труда преодолевал всего за полчаса.

И от этого рождалось упоительное чувство божественной избранности. Помнишь, как у старинного поэта:

«Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые, его призвали всеблагие как собеседника на пир…»

С роковыми минутами нынче все в порядке – в любое время включаешь телевизор, и жри. Пируй, так сказать. Но после обеда моя мультимедийная становилась еще и всеблагой. И я ходил из роковой во всеблагую, как Адам по раю, и не ведал, что уже согрешил.

Надо было, конечно, догадаться, что боги заметят смертного, забравшегося в их тайный сад – и накажут за покражу яблок познания".
===================
С.Доренко_передача "Подъём"_28.09:
"Культурологический экскурс очень простой.
Давайте исходить из того, что говорит на эту тему Чжуан-цзы и Лао-цзы.
Они знали все про iPhone абсолютно. У Чжуан-цзы был iPhone двадцатый.
Они говорили, что когда есть вещи, хорошие вещи, то появляются редкие вещи.
Появляются редкие вещи — появляются грабители и т.д.
Они предвосхитили появление исключительного потребления экономики богатых.
Когда у тебя уровень субсистенции, выживания, ты получаешь какой-то комок каши.
Потом у тебя появляется, например, позиция, когда ты, в общем, на этой хавке ты уже разжилась, и ты уже точно понимаешь, абсолютно точно, что у тебя не только будет ужин и запас, то есть у тебя еще и шкаф, полный крупы всякой, и перловка.
И ты все это не ешь, потому что ты теперь уже обнаглела и жрешь картошку, которая скоропортящаяся, которую не запасешь на года, она все равно прорастет через какое-то время.
То есть ты уже жиреешь.
Когда ты преодолеваешь субсистенцию и начинаешь потреблять больше, больше, больше; например, в какой-то вечер идешь в ресторан, в какой-то вечер заказываешь из ресторана; потом за какие-нибудь 3 тысячи рублей заказываешь себе суши на дом, ролы.
Это уже другой уровень.
Ты начинаешь понимать, что вообще все есть, а нет только исключительного.
И начинается жизнь на исключительном.
То есть не одеваешься для тепла, и ты уже не одеваешься для красоты.
Ты уже одеваешься, потому что есть клубные маркеры исключительного.
И вот эти клубные маркеры исключительного, это, например, последняя коллекция Armani. И если ты ходишь в Armani второй линии… Не первой линии, а второй линии, ну, то, что делается для крестьян, для плебса, тебя жалеть начинают.
Или думают, что ты выпендриваешься, это как пощечина обществу.
Говорят: ходит в Armani второй линии, купила где-то на задворках в Милане, черт его знает где, а у самой, гадюки, 2 млрд долларов. И вот когда у тебя 2 млрд долларов, а ты ходишь в рванине, то есть в Armani второй линии, все думают, что ты либо пощечину дала обществу, либо ты неряха.

Потребление на пути от субсистенции к клубным маркерам успеха исключительного, оно имеет много-много градаций.

Раньше были телефоны из золота.

Это оказалось очень глупо.
Прогресс научно-технический в этой сфере шагает таким образом, что пока ты покупаешь этот Vertu, через полгода он уже говна стоит.
А золото тогда чего, в ломбард что ли сносить? Непонятно, что с ним делать.
То есть это как бы вещь, которая должна быстро меняться.

То же самое с машинами особенно, в смысле, ты модели, конечно, можешь выбирать какие хочешь, но инкрустировать их бессмысленно, потому что каждые три года рестайлинг, каждые шесть лет новая модель.
Ты можешь купить самую дорогую машину, истратить, я не знаю, ну, 20 млн, 22 млн, дорогую машину за 20 млн рублей, хорошо.
Но ты ее не будешь инкрустировать бриллиантами, потому что это глупость полная, через три года будет рестайлинг.

То есть это уже не в моде, потому что слишком быстро вращается этот барабан времени и моды.
Ты должна носить такое, таких наименований. И, таким образом, выходит на первую полосу, первостепенным становится бренд.
То есть ты уже носишь не такой iPhone, а последний iPhone.
Ты уже носишь не вообще Armani… Armani носят все, пожалуйста, вся Уганда в Armani.

Я приехал в джунгли-джунгли, на границе Бразилии и Суринама, и там все до единого были в Adidas, в фирменном Adidas.
Шелковые трусы Adidas у всего племени, одинаково мужчины и женщины — все в шелковых трусах Adidas, как один. Красные.
Баптисты из Америки прислали им огромную партию.

То есть ты носишь не вообще Armani, как индейцы на границе Adidas носят, а ты носишь последнюю коллекцию.
И в этом, в эксклюзивности возникает некая новая экономика.
Эта новая экономика, она, в общем, огромна.
Если ты сейчас видишь, как Versace был куплен за 1,83 млрд долларов, Cosmo, вот этот, который производит сумки…
ты примерно понимаешь, что такое экономика эксклюзивного, экономика роскоши.

На Birkin покупали очередь. То есть можно было найти какую-то даму, которая стоит на Birkin в очереди, и упросить ее продать место в очереди. И 7 тысяч евро заплатить за сумку.

Louis Vuitton — это второй, это уже пониже класс.
То есть смысл — вышла новая модель, мы должны владеть новой моделью.
Вот я тебе объяснил культурологически, почему ничего нового не возникает…
Например, шестой, седьмой и восьмой iPhone, безусловно, один и тот же iPhone.
Один и тот же копейка в копейку шестой, седьмой, восьмой.

Обязаны купить, несмотря на то, что это одна и та же срань.

Теперь пошел десятый. Десятый — другая фигня. Десятый, десятый S, потом будет одиннадцатый, двенадцатый будет — это одно и то же г. Понятно.
Но ты обязан купить!
Ну, потому что это закон плутономики"
Subscribe
promo vbulahtin октябрь 31, 2013 17:34 40
Buy for 20 tokens
Еще раз хвастаюсь статьёй в газете "Завтра" в честь 170-летнего юбилея со дня рождения незаслуженно забытого Г.И.Успенского (под катом привожу авторский вариант - почти все фото плохого качества, но их не было в Интернете до моих заметок про Успенского в этом блоге). В основном, всё уже…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments